Сергей Виниченко, историк. При изучении эпистолярного наследия Льва Николаевича Толстого, я неожиданно встретил в одном из комментариев к письму всемирно известного писателя знакомое имя Ульяны Семёновны Елгаштиной, дочери полковника Сибирского казачьего войска. Исследуя взаимоотношения полковника Семёна Алексеевича Елгаштина и будущего «белого» генерала Михаила Дмитриевича Скобелева в период среднеазиатских походов, я многое узнал о семье полковника и судьбе его детей.
Алексей Елгаштин занимал должность атамана Пресногорьковской крепости, когда 22 января 1829 года в семье появился на свет сын, нареченный Семёном. Воспреемниками стали мещанин Осип Елгаштин и дочь священника Григория Нассонова Мария, запись в МК Пресногорьковской Казанской церкви сделана протоиереем Никитиным. Как известно из послужного списка полковника, хранящегося в Российском государственном военно-историческом архиве, Семён происходил из казачьих детей Тобольской губернии, то есть был потомственным, или, как тогда говорили «природным», сибирским казаком. На Иртыше есть деревня Евгаштино – ныне Большереченский район Омской области. Её основали Евгаштины в 50-е годы XVII века, служившие в Таре с 1620-х годов. Служилый татарин Евгашта принял православие и, возможно, стал основателем рода. Фамилия «Елгаштины» появляются в списках по Пресногорьковской крепости не ранее начала XIX столетия.
Семён вступил в службу 21 сентября 1848 года урядником, а командиром 1-го полка стал 23 апреля 1873 года, имея за службу ордена Святой Анны и Святого Станислава IV степени. В станице Пресногорьковской Петропавловского уезда полковнику Елгаштину были отведены земли из фонда Сибирского казачьего войска – на карте 1872 года надел отмечен как «Елгаштина пашня», западнее современного посёлка Гренадерский, у границы с Российской Федерацией. Рядом с пашней лежит «Елгаштино болото». В станице «состоит за ним благоприобретенное имение – деревянный дом». Скончался полковник скоропостижно в 1885 году, в Усть-Каменогорске.
Дочь Семёна Алексеевича и Татьяны Григорьевны, в девичестве Тутолминой, Ульяна (1879-1942) вышла замуж за Виктора Анатольевича Лебрена, служившего некоторое время секретарем графа Л.Н.Толстого в имении Ясная Поляна.
Виктор Анатольевич Лебрен (1882-1978), сын инженера железнодорожных путей сообщения, в конце XIX века проживал во Владивостоке. Отец его был приглашен из Франции на строительство Транссибирской магистрали, когда Виктору было пять лет. 15 октября 1899 года, прочитав после кончины отца несколько философских статей Толстого, Виктор написал письмо автору «Войны и мира». Лев Николаевич живо откликнулся. В 1900 году произошла их очная встреча в Ясной Поляне, а в 1906 году Лебрен выполнял обязанности секретаря писателя, работая с огромной почтой. Несколько лет по совету писателя Виктор провел на Кавказе (1900-1905), поддерживая постоянную связь с Львом Николаевичем.
Лебрен писал в воспоминаниях об этом периоде своей жизни: «Большое поместье, куда я нанялся работать, было поистине редкой красоты. Оно располагалось на высоком пологом южном склоне горы. Длинный одноэтажный дом стоял в его верхней части. Высокая, густо покрытая лесом гора, закрывала дом с севера. От него вниз, расширяясь, протянулись две горные ветви. Они охватывали с востока и запада двор, все вспаханные поля и большой фруктовый сад. Дом был большой, под красной крышей, с длинной-длинной верандой и стоял на верхней террасе. Пасеку украшал скромный домик-лаборатория, крытый красным гонтом. Здесь с помощью центрифуги мы качали удивительный, знаменитый высокогорный мёд, один из самых известных в мире….
Никто не беспокоил меня здесь, и я мог всё своё свободное время посвящать учёбе, чтению и написанию писем Л. Н. Толстому, Марии Шмидт, доктору Маковскому и другим моим друзьям. Я жил здесь с апреля и до конца сентября. Почти весь мой небольшой заработок я тратил на книги».
Хозяин вёл работу в имении, используя научные знания.
Ежедневно молоко от шести коров везли в город за тридцать верст. В имении также была современная центрифуга для сепарирования молока. Делали масло, великолепный кавказский йогурт и овечий сыр. Две пары быков, русская конная тройка для экипажа и две верховые лошади составляли транспортное хозяйство имения. На полях сеяли пшеницу, ячмень, овес, кукурузу, клевер и люцерну.
Зимой Лебрен читал всё, что было написано о пчеловодстве, огородничестве и садоводстве в хозяйской библиотеке по сельскому хозяйству.
Широким грузинским топором, острым как бритва, Виктор тренировался одним ударом обрубать зелёные, беспорядочно разросшиеся ветви. Он доил коров, поил только что родившихся телят, выпекал хлеб, стирал бельё и постигал кулинарные хитрости. Лебрен изучал жизнь и поведение пчёл, узнал древние и современные способы их разведения и в совершенстве овладел искусством получения мёда. В поле Виктор учился нагружать воз сеном и снопами до высоты небольшого дома или метать стога так, чтобы они стояли годами, и зимние дожди не проникали вовнутрь. Он косил, делал рукоятки для инструментов и многое другое, чего не умел делать горожанин… . Пастух научил его носить из лесу на плече тяжелые бревна. Каждую весну Виктор унавоживал в саду тепличные грядки и обрезал фруктовые деревья, формируя крону.
«И вот, таким образом, мало помалу я почувствовал, что готов сам вести своё хозяйство и управлять им, как капитан управляет большим парусным судном. Так я прожил высоко в горах три незабываемых года. На этих залитых солнцем высотах, провёл я весну моей жизни и пережил своё второе откровение.
И правда, если запрещённые царской цензурой произведения Толстого открыли мне глаза на реальное положение вещей в мире и указали мне мой высший долг построить свою жизнь, руководствуясь высшими побуждениями, то здесь в меня проникли таинства и законы общего великого симбиоза человека с растениями и живыми существами.
Так мой уход от городской жизни и мой дебют сельской жизни был весьма удачен и сделал меня очень счастливым».
Француз по происхождению, сын интеллигентных родителей, Виктор Анатольевич, всю долгую жизнь посвятил сельскому хозяйству, в начале на Кавказе, после – в Провансе. Идеи Мастера – так Лебрен называл Толстого – были с успехом воплощены им в жизнь. Лебрен в 1909 году крестьянствовал на Кавказе в Фальшивом Геленджике (ныне село Дивноморское) – отец оставил в наследство четыре тысячи рублей, которые позволили заниматься пчеловодством. Здесь они с Ульяной прожили восемнадцать счастливых лет своей жизни.
Позже он написал о том, каким образом оказался в этом уголке Кавказа:
«Моя мать, постоянная любительница путешествовать, израсходовала на железнодорожный транспорт всё своё маленькое состояние, которое оставил ей отец после сорока лет работы на российских железных дорогах.
На одной из пересадочных станций она встретила свою, весьма престарелого возраста, знакомую, давным-давно исчезнувшую с нашего горизонта. Эта знакомая владела небольшим участком земли на берегу Чёрного моря. Узнав, что я пробую заниматься обработкой земли, она тотчас сдала свой участок мне с условием, что я построю для неё дом, буду выращивать овощи для семьи и, чтобы она могла окончить свои дни, живя с нами. Мы приняли её предложение.
С помощью ведения личного, независимого крестьянского хозяйства, я хотел добыть себе только самые необходимые средства для жизни и, главным образом, иметь достаточно свободного времени, чтобы усиленно заняться самообразованием и писательским трудом. Я очень желал, чтобы не люди, а земля, солнце и дождь дали мне возможность учиться, анализировать и писать, совершенно независимо от людей и каких-либо организаций. Ни один царский университет, ни одно государственное или частное учреждение не могли дать мне подобной свободы».
Предки Виктора занимались земледелием в Шампани и его всем сердцем тянуло к работе на земле.
Кроме этого: «По сравнению с городами, на селе героически трудились, производя всё необходимое, лучшие представители человечества. Ежедневно этот основной слой жителей нашей планеты производит пищу и средства существования для себя и своих паразитов и эксплуататоров. Толстой открыл мне, что личное участие в тяжёлой работе есть основной долг любого честного человека. Уклонение от него означает — жить за счёт воровства. И я со всей страстью и энергией юности посвятил себя работе на земле!
Мой участочек лежал в маленьком красивой долине горной речушки в четверти часа ходьбы от великолепного морского песчаного берега. Нижняя часть границы имения примыкала к реке, а верхняя взбиралась на небольшую горку. Все низкие плоские части участка были чрезвычайно плодородными и уже успели зарасти смешанным лесом.
Хозяйствование моё началось с укорачивания высоких дубов, ясеней и ольховых деревьев. Из подходящих брёвен был сооружён глинобитный домик с погребом и большим стойлом для скота. Затем, освобождая квадрат за квадратом, продавая древесину, я платил мой долг и начал выращивать на чернозёмной целине арбузы, которым позавидовали бы даже Олимпийские боги. Ещё я выращивал пшеницу высотой по плечи, различные овощи и кормовые травы.
Эта земля была исключительно плодородной. Благодаря отдыхающим, приезжавшим сюда летом, продажа молока, овощей, мёда была гарантирована. Теперь я мог очень легко увеличить своё хозяйство, копить деньги и покупать земельные участки и дома. Но меня интересовало другое. Я зарабатывал только на самое необходимое мне для жизни, и всё своё свободное время посвящал интеллектуальной работе.
Я непрерывно учился, читал, много писал Толстому. Я пробовал сотрудничать с интересным, достойным, честным издательством «Посредник», которое было основано Толстым с единственной целью – просвещать массы. Но тогдашняя царская цензура неизбежно ставила препоны на моем пути. Первое из написанных мной эссе «А. И. Герцен и революция» было погублено цензурой. Живя в Ясной Поляне, делал много выписок из полного собрания сочинений Герцена, изданных в Женеве и категорически запрещённых в России. Толстой несколько раз упоминал эту мою работу, т. к. намеревался откорректировать её. Так достиг я того, к чему стремился. «Потом своим добывал я хлеб свой». Других средств существования у меня не было. Доход мой был несколько меньше, чем у крестьянина того времени, и поэтому в скромности своего образа жизни я продвинулся даже несколько дальше, чем Мастер. В конце концов я достиг таких экстремальных жизненных условий, к которым Толстой так долго и болезненно стремился».
Виктор Лебрен – писатель широко открывается читателю через свои произведения. И в этой области он исполнил завет Толстого, данный ему в одном из писем:
«Когда мне пишут люди о своем желании писать, я большею частью советую воздерживаться. Вам же советую и не воздерживаться и не поспешать. А у вас есть и будет, что сказать и не воздерживаться».
Гениальный писатель не ошибся в способностях своего ученика.
В этот период Лебрен познакомился со своей будущей женой Ульяной Семеновной Елгаштиной. 30 мая 1909 года Лебрен открыл в письме Толстому своё намерение жениться и получил ответ с адресом на конверте «Черноморская губерния. Фальшивый Геленджик»:
«1909 г. июля 8-10. Я.П.
Спасибо вам милый, милый Лебрен, за ваше хорошее, совсем ваше письмо. То, что я так долго не отвечал не значит того, чтобы я не был очень рад вашему письму и не чувствовал моей дружбы к вам, но только то, что я очень занят, увлечен своим делом, и стар и слаб, чувствую близко пределы своих сил…
Помоги вам бог в вас – только бы его не заглушить, а он даст сил – исполнит ваше намерение в женитьбе… Вы один из людей, думающих самобытно. Целую вас. Привет вашей матушке, невесте».
Комментарии к письму:
Своё намерение жениться в своем письме Лебрен назвал «мезальянсом для души».
Мать Лебрена – Луиза Францевна (служила в состоятельных семьях гувернанткой, обучала детей французскому языку – прим С.В.).
Ульяна (Юлиана) Семёновна Елгаштина (1879 г.р.), дочь полковника Сибирского казачьего войска.
Всего Лев Толстой написал Виктору Лебрену 24 письма, в трех из которых есть упоминание об Ульяне.
Письмо от 1909 г. октября 12, Я.П. (извлечения)
«Я так виноват перед вами, милый друг Лебрен, за то, что так долго не отвечал на ваше не только близкое по духу, но и сердечное, доброе письмо, что и не знаю, как лучше повиниться перед вами. Ну, виноват, простите…
Радость наполняет мою жизнь самым важным делом, которое может делать человек всегда, даже за минуту до смерти. Кланяюсь вашей жене от меня, познакомьте меня с нею. Что она за человек?».
«Рад очень за вас, что как вижу вы живете одной жизнью с женой. Это великое благо…»
24 июля 1910 года, Ясная Поляна.
После ухода писателя из жизни Виктор Лебрен в 1914 году написал воспоминания о своем общении с Мастером.
В 1926 году семья Лебрена, пожив на Кавказе 18 лет, перебралась во Францию и обосновалась в Провансе. Лебрен писал В. Г. Булгакову в Чехословакию:
«…Я встретил свою будущую жену – верного друга, мою Юлиану, Юлечку. Мы прожили с ней счастливо 34 года, до её кончины в 1942 году уже во Франции. Пчёлы кормили меня, но досуга для литературного труда было мало».
Война принесла семье Лебрена много горя. Сын вернулся из немецкого плена, но попал на годы в психбольницу. Младший сын, винодел, стал инвалидом.
В 1965 году эсперантист Фаркаш писал, что нашел Лебрена в селении Сент-луи-Репарад по надписи на столбе – «Цветочный мёд, лучшее маточное молоко». Своей внешностью пчеловод напоминал Фаркашу Льва Толстого – ходил в незаправленной рубахе, угощал гостей чаем с медом, лимоном и печеньем. Лебрен подарил Фаркашу копии писем Толстого, опубликованные в «Литературной России» 25 февраля 1966 года.
В 1969 году Ренэ Герра, секретарь писателя Б. К. Зайцева, встретился с Виктором Лебреном в Провансе, недалеко от Ниццы.
«Там нас очень тепло и радушно встретил бодрый, несмотря на свои восемьдесят семь лет, старик, который говорил на замечательном дореволюционном русском языке. Он мне напомнил тех русских белоэмигрантов, которые меня научили этому «царскому» (во всех смыслах) русскому языку. Словом, я сразу попал под его обаяние, был покорен его непосредственностью и прекрасными манерами».
Жил Лебрен один в маленьком домике в тени оливковых деревьев, занимался пасекой. Двадцать писем Толстого он передал через Иду Марковну Шагал в Москву, а в 1968 и 1972 годах сам приезжал в столицу Советского Союза и привез оригиналы писем.
Художник Глеб Борисович Смирнов написал портрет Виктора Лебрена в 1970 году. Картина хранится в Государственном музее Л.Н.Толстого
Виктор Анатольевич Лебрен умер 9 сентября 1978 года, в день, когда весь мир отмечал 150-летие со дня рождения Льва Николаевича Толстого. Остановилось сердце человека, вышедшего из Серебряного века и пронесшего сквозь все бури века XX-го идеи Толстого, во многом применившего его учение на практике.
Он пережил на 36 лет свою любимую Юлиану, дворянку, дочь уроженца станицы Пресногорьковской Петропавловского уезда, полковника Семёна Алексеевича Елгаштина…
Дополнение:
Во Владивостоке всю жизнь прожил Анатолий Анатольевич Лебрен, женатый на вдове Марии Степановне Фоминой. У них было три дочери Татьяна (уехала в 1922 году в Харбин), Мария и Елизавета. Сейчас уже их потомки ищут родственников Лебрен во Франции.
Сергей Виниченко, историк