В год Змеи есть повод в очередной раз поговорить о Whitesnake – на проигрывателе «Винилового клуба» Петропавловск.news альбом “Come an’ Get It” (1981).

«С Ковердейлом не встречался – у нас, музыкантов, разный гастрольный график. У всех своя жизнь…»

 (из переписки с Валерием Гаиной, 2013 – год Змеи)

При встрече с легендарным фронтменом, пожалуй, стоило бы упомянуть “Come an’ get It” – весьма и весьма достойную работу в лучших традициях классического хард-рока.

«Душа и развязность Purple Mark III с металлическим привкусом. Помимо энергии выступлений и незабываемого вокала Ковердейла, именно двойная гитарная атака Микки Муди и Берни Марсдена выводит эти песни на новый уровень. Динамичный дуэт, возможно, был наиболее острым на четвертом альбоме группы “Come an’ Get It “. Еще один творческий триумф Whitesnake…»

(мнение фаната)

“Don’t Break My Heart Again” была написана Ковердейлом после распада его брака. Гитарное соло Берни Марсдена записано с первого дубля.

И еще несколько фактов из истории создания альбома…

Все началось в начале января 1981 года, когда мне позвонил старый друг по музыкальному бизнесу Джон Уорд, он же Магнит. Я впервые встретил Магнита еще в начале 70-х, когда он работал с Led Zeppelin, в то время как я был связан с Black Sabbath . Теперь Магнит работал дорожным менеджером Whitesnake, которые находились на завершающей стадии записи нового альбома.

Он объяснил, что группе не понравилась ни одна из идей для обложки альбома, которую придумал их лейбл EMI, и поэтому он предложил мне принять участие. Группа согласилась, и поэтому меня попросили встретиться с ними и предложить несколько идей.

Магнит сказал мне, что альбом будет называться “Come an’ get it”, и что Дэвид Ковердейл всегда хотел, чтобы на обложке была белая змея.

В те выходные я застрял и сделал несколько предварительных набросков, основанных на идее искушения, соблазнения, Адама и Евы с яблоком. “Come And Get It”.

В понедельник меня отвезли на встречу с Дэвидом Ковердейлом к ​​нему домой. Я был взволнован, нервничал, но надеялся, что ему понравятся мои предложения. К счастью, он сказал: «Ты получил работу» или что-то в этом роде.

Дэвид также добавил, что хочет увидеть прогресс в работе над произведением искусства, поэтому я согласился сделать финальную часть в квартире Магнита, которая находилась недалеко от студии, где записывалась группа. На следующий день я отправился обратно в Девон, взял все необходимое и вскоре вернулся в квартиру, чтобы начать.

Я решил рисовать и делать аэрографию на холсте размером 24″ x 24″. Это было вдвое больше, чем для обложки альбома, чтобы получить наилучшее разрешение при уменьшении для печати. ​​В те дни не было Photoshop!

В финальной иллюстрации белая змея заперта внутри стеклянного яблока на передней обложке, а на обороте стеклянное яблоко разбито, и змея освобождена. Сила соблазна / искушения явно слишком сильна…

Одна вещь, о которой меня всегда спрашивают, это змеиный рот. В то время я просто чувствовал, что правильно придать ему, как бы это сказать, «сексуальный элемент». Сначала я испытывал некоторые опасения по поводу того, как это будет воспринято и будет ли это приемлемо. Было ощущение, что в контексте всех элементов «Come An’ Get It», яблока, искушения, соблазнения все это, казалось, работало. К счастью, это сработало и дало изделию преимущество. Американский рынок, однако, думал иначе, и, по-видимому, рот был заретуширован!

Когда работа была закончена и отправлена ​​в EMI для печати, я решил задержаться на некоторое время. Ян Пейс, барабанщик Deep Purple и Whitesnake, спросил, не хотел бы я нарисовать его дом. Он должен был висеть над большим открытым камином. Я также нарисовал для него барабанную установку…

Однажды Магнит предложил посетить дом, где группа записывала альбом. Он сказал мне, что это особенное место, но только когда мы приехали туда, я понял, насколько оно особенное. Это оказался Титтенхерст-парк в Беркшире, дом, в котором Джон Леннон когда-то жил с Йоко Оно. Это был дом, где они снимали видеоклип на “Imagine”…

Я чувствовал себя весьма воодушевленным и провел большую часть дня, исследуя окрестности. Вечером меня провели в белую комнату, где Джон Леннон сидел за белым роялем на видео. Я помню, как зашел туда один и сел в тишине, думая, насколько все это потрясающе. Честно говоря, это взорвало мне мозг, и дрожь пронзила меня. Всего за несколько недель до того Джон Леннон был застрелен в Нью-Йорке, и вот я сижу в этой комнате. Я был настолько вдохновлен, что позже, в том же году, сделал свою работу Imagine, дань уважения Джону Леннону, картину в память о великом человеке…

Да, и еще. Оказывается, одна из картин, которую я нарисовал для Яна Пейса, была подарком Джорджу Харрисону…

(из воспоминаний Малкольма Хортона)

Перевод Дмитрия Авдеева