Если перечислять представителей Северной Осетии, оставивших самый яркий след в российском футболе, и отталкиваться от числа чемпионских титулов, то самыми успешными следует признать Алана Дзагоева и Александра Бубнова – у них по три золотых медали. Первый завоевал их в составе ЦСКА, второй – дважды в московском «Спартаке» и один раз в «Динамо».
Для сравнения у Станислава Черчесова и Игоря Яновского по две таких награды. У нескольких лауреатов победного для «Алании» 1995 года – по одной. А вот Валерию Газзаеву, хотя и был одним из лучших форвардов страны, не довелось совершить чемпионский круг почета в качестве игрока. Если Дзагоев завершил профессиональную карьеру совсем недавно, то Бубнов, отметивший на днях свое семидесятилетие, завершать ее не собирается. Просто он сменил амплуа центрального защитника на роль популярного эксперта. Из Владикавказа Александр уехал более пятидесяти лет назад. Многие местные болельщики успели подзабыть о том, что он здесь играл. Ещё больше тех, кто не знает об этом вовсе. Поэтому к поздравлениям юбиляру добавим и некоторые сведения биографического характера.
Его родители родились в разных концах страны: мама в Белоруссии, отец в Узбекистане, а познакомились и поженились в столице нашей республики. Строго говоря, Саша появился не здесь, а в подмосковных Люберцах. Там жила мамина сестра и женщина на последнем месяце беременности решила, что рядом с ней будет спокойнее. Все-таки первенец, да еще и поздний ребенок. Так Бубнов ещё до своего рождения удивил тех, кто детально знакомился с его биографией. Какие Люберцы? Откуда они взялись? Даже в пять лет он превосходил своих сверстников по росту и по комплекции. И мяч гонял на равных со школьниками, да ещё не с какими – то первоклашками. Семья жила в пятиэтажном доме на улице Тельмана. Обычно со двора кричали «Саша, выходи!» и это означало, что сейчас предстоит очередной матч на асфальте. Но однажды его позвали те, кто учились во вторую смену, и были шокированы ответом матери с балкона: «Он в детском саду». В детскую футбольную школу «Юность» Бубнов попал, когда уже учился в шестом классе. В наше время в таком возрасте чаще заканчивают, чем начинают. В книге своих воспоминаний Александр с большой теплотой отзывается о замечательном тренере Мурате Огоеве, который сразу разглядел в нем талант. Вскоре уже последовали приглашения в юношеские сборные России и СССР. А в восемнадцать лет Саша уже выступал в Первой лиге за орджоникидзевский «Спартак». Всего он провел в этой команде 23 матча и даже забил один гол.
Поражал он чужие ворота и в других клубах, но уже не в такой пропорции, а реже. Кстати, если на счету Дзагоева 302 матча в Премьер-лиге, то у Бубнова на таком же уровне на 75 больше. Предложений из высшего дивизиона хватало уже тогда. Один из футбольных чиновников в столице ему сказал: «Разом любую московскую команду – и завтра ты уже будешь там». В конце концов выбор пал на «Динамо». Даже не верилось, что на работу его принимал сам великий Лев Яшин, который тогда занимал должность, соответствующую генеральному директору клуба ныне. Перейти в разгар сезона в команду более высокого ранга и тогда было не просто. Для местных руководителей это был удар. Но поскольку не существовало рыночной экономики, не было и контрактов с четко прописанными обязательствами и даже отступных не существовало. Наш «Спартак» тоже мог время от времени вырвать из Второй лиги нужного футболиста и тут же его заявить. Так что уход Бубнова был не изменой и не побегом, а результатом недоработок в положении о проведении чемпионата. В любом случае он стал первым выходцем из Северной Осетии, кто надел майку сборной страны. Для полной ясности уточним – Николай Худиев и Владимир Олейник раньше Александра привлекались в национальную команду, но не в первую, а в олимпийскую. Попутно отметим, что именно Худиев был первым из наших земляков, кто удостоился золотой медали, защищая цвета московского «Торпедо» в осеннем первенстве 1976 года. Не забудем и о самом «свежем» трофее Станислава Агкацева.
Тренировал динамовцев легендарный Гавриил Качалин, с чьим именем были связаны лучшие страницы истории советской сборной. Новичок чуть ли не в первый день ошарашил наставника. Он попросил разрешения жить не в комфортабельном общежитии вместе с другими молодыми динамовцами – немосквичами, а на базе в Новогорске. Такого ещё не бывало нигде. Парень объяснил, что здесь ему будет удобнее тренироваться. Качалин распорядился, чтобы повара готовили еду для Александра три раза в день даже в выходные и время от времени интересовался у обслуживающего персонала, как там его подопечный? – «Пашет на поле с утра до вечера», – отвечали ему. «Кроссы, рывки, удары по воротам, отработка финтов с помощью стоек и все это по собственной инициативе». Вторично Бубнов удивил тренера, когда отказался от предложенной однокомнатной квартиры. Это же прописка в Москве – несбыточная мечта для многих. «А как мне решать вопрос с питанием, со стиркой? Нет, спасибо, конечно, но не надо». И тут Гавриилу Дмитриевичу пришла в голову блестящая мысль. «А твои родители смогли бы переехать сюда?». «С радостью». «Тогда выделим тебе трёхкомнатную». Наверное, большего режимика, чем Александр в нашем футболе не было и не будет. Полностью исключались не только алкоголь и курение, но и самое невинное общение с девушками. Все, что мешало футболу, для него не существовало. И это – рядом с другими футболистами, которые ни в чем себе не отказывали. Женился он впоследствии на единственной, которой назначил свидание. О многом можно вспомнить по случаю юбилейной даты. О том, например, как в первой же своей игре за сборную он забил сумасшедший гол в ворота ГДР (так называлась восточная часть нынешней Германии). Или о футболке Марадоны, которую четыре года выпрашивал у Бубнова и в конце концов выпросил Александр Чивадзе из тбилисского «Динамо». Строго говоря, майка была ненастоящая. Когда после товарищеского поединка с аргентинцами Александр предложил совсем ещё молодому Диего махнуться футболками, тот уже знал себе цену и сделал вид, что не понял ни слов, ни жеста. Через какое-то время играли с аргентинской «молодежной» и Бубнов, наученный горьким опытом пришел уже в чужую раздевалку и сначала обратился с просьбой о футболке с десятым номером к тренеру. Тот не возражал, но не соглашался обладатель экипировки и лишь когда «главный» повысил голос, сдался. И пусть полосатая бело-голубая реликвия не принадлежала Марадоне, номер-то на ней был его. Чивадзе, к слову, о «подмене» знал, но это его не смущало.
Под конец Александр успел поиграть за парижский «Ред Стар», открыв для Осетии ещё один почетный список – ее легионеров европейского футбола. Неудачные попытки на тренерском поприще – в Тюмени и белорусском Мозеле привели его в стан футбольных экспертов. И здесь он оказался не только на своем месте, но и повыше многих. По крайней мере его популярности у зрителей и читателей можно только позавидовать. И это легко объяснимо. Во-первых, он не пытается дипломатничать, называет вещи своими именами и не боится выдавать резкие критические оценки. Во-вторых, он очень кропотливо и тщательно изучает то, о чем будет говорить. На каждый матч, который длится чуть больше полутора часов, у него уходит восемь. Чуть ли не ежесекундно ставя изображение на паузу, он подсчитывает все технико-тактические действия игроков. Поэтому его невозможно сбить суждением с потолка. Он тут же достанет свои выкладки и докажет, что оппонент не прав. И наконец, Бубнов не просто компетентный специалист, он прирожденный шоумен, прекрасно умеющий играть на публику. Не стесняется в выражениях, может предложить коллеге убираться вон и сам, случалось, демонстративно уходил из студии. На его образ работает даже неповторимая лексика – «отсюдаво», «бонбандир», а слово «дуойка», которым он оценивает самые непростительные ошибки на поле, вообще стало уже мемом. Определенные проблемы со здоровьем заставили Александра Викторовича на время взять паузу, но недавно он снова вернулся в эфир. А это означает только одно – будет интересно.
Автор: Евгений Пантелеев