Лекцией преподавателя Тамбовской духовной семинарии, кандидата исторических наук, доцента Веры Орловой на тему взаимоотношений семьи и школы в начале XX века открыл седьмой сезон православный молодёжный лекторий в Пушкинской библиотеке. Тема была выбрана неслучайно: лекция-обсуждение приурочена ко Дню учителя.
Чтобы аудитории было проще представлять себе начало прошлого столетия, Вера Дмитриевна принесла несколько фотографий. На них запечатлены ученики земских школ Тамбовской губернии 1903 года со своими наставниками. Примечательно, что в те годы профессия учителя считалась преимущественно мужской. Сильный пол шёл в профессию по желанию, в то время как женщины — чаще всего из-за трудных жизненных обстоятельств. Дамам дозволялось вести рукоделие, музыку или иностранные языки. От редких женщин-учителей требовалось практически монашеское поведение.
По мнению Орловой, школьные программы тех времён были гораздо больше адаптированы к детству, чем сейчас. Например, в хороший день учитель мог отменить уроки и выйти с учениками на природу, а на следующий день предложить им написать сочинение об увиденном. Репетиторством ученики занимались сами: старшие ученики «натаскивали» младших за весьма скромную плату. Детей привлекали к участию в церковных и общественных мероприятиях. В сёлах и деревнях научившихся читать детей отправляли читать молитвы над усопшими.
Чтобы аудитории было проще представлять себе начало прошлого столетия, Вера Дмитриевна принесла несколько фотографий. На них запечатлены ученики земских школ Тамбовской губернии 1903 года со своими наставниками. Примечательно, что в те годы профессия учителя считалась преимущественно мужской. Сильный пол шёл в профессию по желанию, в то время как женщины — чаще всего из-за трудных жизненных обстоятельств. Дамам дозволялось вести рукоделие, музыку или иностранные языки. От редких женщин-учителей требовалось практически монашеское поведение.
«Отголоски тех времён слышны и сейчас в периодически возникающих предложениях общественности ввести форму для учителей», - обратила внимание Вера Орлова.
Но на этом схожесть систем образования в дореволюционной России и в нынешнее время заканчивается.
По мнению Орловой, школьные программы тех времён были гораздо больше адаптированы к детству, чем сейчас. Например, в хороший день учитель мог отменить уроки и выйти с учениками на природу, а на следующий день предложить им написать сочинение об увиденном. Репетиторством ученики занимались сами: старшие ученики «натаскивали» младших за весьма скромную плату. Детей привлекали к участию в церковных и общественных мероприятиях. В сёлах и деревнях научившихся читать детей отправляли читать молитвы над усопшими.
«В Воронежской губернии были записаны крестьянские воспоминания, где, в частности, человек рассказывает, как он мальчиком тёмной ночью читал над гробом Псалтырь. Старуха, приставленная следить за свечкой, ушла, а он остался один на один с покойником», - рассказала страшную историю лектор.
Отличались и родительские собрания. На них обсуждалась помощь детям, находящимся в сложной финансовой ситуации, и их семьям. Также на собраниях решались вопросы культурного развития детей: можно ли мальчикам посетить театр, прилична ли акробатка в цирковой труппе. Из дореволюционных школьных документов, которые изучала Вера Орлова, следует, что тамбовский фабрикант Михаил Асеев входил в состав родительского комитета городской гимназии, однако ни на одно собрание не явился. В тех же старинных бумагах есть отметка о том, что «остров Эльдорадо — не место для мальчиков», так как там находился варьете (театр комического жанра — прим.ред).
«Мы начали седьмой цикл лектория. За всё время прошло около ста пятидесяти лекций. В дальнейшем мы планируем продолжать встречи в Пушкинской библиотеке», - прокомментировал диакон Александр Митянин, референт Отдела по делам молодёжи Тамбовской епархии.
Проект ориентирован на возрастную группу 18-35 лет и существует с 2011 года.
Фото: Ангелина Захарова
Ангелина Захарова