В Петропавловске жители многоэтажки страдают из-за расположенного в их доме бомбоубежища. Грунтовые воды то и дело поднимаются здесь выше колена, их приходится откачивать и сушить помещение. А последние два года вода вообще не уходит. Летом здесь тучами летают комары и мухи, в доме полно мышей и другой живности. Вот только помещение ни у кого на балансе не числится. Так что ни местные власти, ни представители органов гражданской обороны искоренять проблему не спешат. Дом разрушается. Жильцы боятся, что в скором времени он может стать аварийным, сообщает Петропавловск.news.
Жители дома по улице Интернациональная, 2а вот уже много лет страдают от грунтовых вод, которые топят расположенное под домом бомбоубежище.
Само помещение совсем никак не используется со времён развала Советского Союза. В то время здесь располагался детский клуб. Во дворе магазина «Шолпан» заливали каток, так что место всегда было весёлым и многолюдным.
С тех пор прошло много лет. Вот только помещение топить не перестало. Зато следить за ним теперь некому. Сами жильцы не справляются, а акимат и другие ведомства ссылаются на то, что на балансе у них бомбоубежище не состоит.
«Балансодержатель не определён»
В жилищной инспекции городского акимата жителям ответили, что балансодержатель указанного защитного сооружения гражданской обороны не определён, а устранять проблемы должен именно он.
— В связи с выявленным фактом подтопления, установленный балансодержатель обязан принять меры на закреплённом объекте по организации обследования защитного сооружения и устранению выявленных нарушений, — говорится в официальном ответе ведомства, который жильцы получили в середине января этого года.
В КГУ «Управление по мобилизационной подготовке, территориальной и гражданской обороне акимата Северо-Казахстанской области» факт наличия бомбоубежища признали. Но, как и в акимате, сослались на то, что к ведомству данный объект не относится, а балансодержатель и эксплуатирующая организация отсутствуют.
— Самостоятельный кадастровый номер у указанного защитного сооружения отсутствует в связи с тем, что оно располагается в составе подвального помещения многоквартирного жилого дома и не зарегистрировано как отдельный объект недвижимого имущества, — говорится в ответе.
Насосы, которые не спасают
— Вода у нас приходила, её откачивали, она уходила. Сейчас, в связи с паводками, грунтовые воды поднялись, и теперь вода стоит круглый год. Уже два года вообще не уходит. К тому же туда иногда подтекают канализационные воды, так что там чего только нет. Протравку мы сделать не можем, потому что там темно, тепло и сыро. Окон нет. Мы провели единственную лампочку до центрального зала, чтобы можно было устанавливать насосы. Больше ничего мы сделать не можем, — рассказывает жительница дома Марина Шишкина.
К слову, жители дома покупали несколько насосов. Все они благополучно сгорели — с таким объёмом воды справляться крайне сложно. Даже пожарный рукав приобрели, но и это не помогло.
— В акимате нас спрашивают, что мы делаем как жильцы? Мы купили четыре насоса! Но постоянно покупать насосы, вызывать машины для откачки воды, нанимать работников для очистки — это очень дорого. В доме всего 39 квартир. Своими силами мы почти ничего не можем. Кирпичи осыпаются в воду на глазах, фундамент разрушается, дом разрушается. Вода делает своё дело, — говорит Марина.
В доме нет ни КСК, ни управляющей компании. Жильцы говорят, что были бы не против их появления, но брать на баланс дом с такой «обузой», как бомбоубежище, никто не хочет. Поэтому порядок здесь поддерживают своими силами.
Справляются, как могут. Но признают: решить проблему самостоятельно уже невозможно.
Катакомбы вместо укрытия
В болотных резиновых сапогах спускаемся в бомбоубежище. Ужасный запах, кругом вода. В помещении нет ни одного окна. Одна лампочка, которую жильцы провели для удобства установки насосов, едва спасает положение. В основном приходится пользоваться фонариком. Пол предварительно прощупываем палкой, чтобы не провалиться в так называемые колодцы.
В бетоне есть специальные углубления высотой от 50 до 70 сантиметров. Они предназначались для установки насосов во время откачки воды.
Центральный зал — огромное помещение, стены которого обшиты тёмно-коричневым материалом наподобие пластика. Сверху подвешены массивные бетонные трубы — вероятно, элементы вентиляции. Рядом с домом расположены сразу три отдушины. Они давно не работают и завалены мусором.
Внутри множество комнат: туалет, душевая, раковина, помещение с кроватью, огромные ёмкости — видимо, для хранения воды. На дверях винтовые засовы. Когда-то двери герметично закрывались. Всё здесь говорит о том, что раньше помещение активно использовалось.
Сейчас же оно больше похоже на катакомбы.
При этом мусора здесь нет. В воде плавают лишь доски и инвентарь, оставшийся от детского хоккейного клуба. На стенах — паутина, мошки, комары. Насекомых здесь целые полчища.
«Дом ходит ходуном»
— У нас есть и мыши, и комары, и мошки, и крысы. Воды по пояс. Куда только не обращались — бесполезно. Все спихивают проблему друг на друга. У нас уже дом ходит ходуном. Шкафы постоянно регулируем, фундамент даёт трещины. Мы живём на третьем этаже, и там всё это чувствуем, — говорит жительница дома Тамара Селянина.
Анастасия Семёнова живёт прямо над бомбоубежищем. По её словам, неприятный затхлый запах здесь стоит круглый год.
— Летом около подъезда невозможно нормально стоять. Комаров столько, что они лезут и в рот, и в нос. Мы своими силами поддерживаем порядок. Но как можно поддержать порядок на 400 квадратных метрах, если они все залиты нечистотами? — говорит она.
Когда проблема есть, а ответственных нет
Сегодня жильцы были в акимате города. Марина Шишкина записалась на приём к градоначальнику. Говорит, будет лично обращаться к акиму, чтобы хоть что-то сдвинулось с мертвой точки. А многого им не нужно – всего лишь сухое помещение под домом. Однако принять её обещают только в мае.
А пока жителей отправляют от одного ведомства к другому, искать балансодержателя им приходится самостоятельно. Но где его найти, если формально объект никому не принадлежит?
Использовать бомбоубежище как обычное подвальное помещение тоже невозможно. Хотя в акимате, например, предположили, что защитное сооружение может относиться к кондоминиуму дома. Но отверстия в полу сделаны не случайно.
Жильцы уже консультировались в проектном институте. Хотели просто залить их бетоном, завалить помещение битым камнем. Однако им объяснили: проблему это не решит. Эти углубления предусмотрены конструктивно — именно через них должна приходить и уходить вода. А вода всегда выход найдёт.
При этом дом расположен почти на болоте. Недавно рядом сделали дорогу, подняли её выше уровня двора. Теперь вода стекает под дом ещё и оттуда, усугубляя ситуацию.
А как же защита?
Пока ведомства только дают отписки, а жильцам предлагают самим «что-то предпринять», дом продолжает разрушаться. Вода не уходит, фундамент трескается, насекомые и грызуны проникают в квартиры, а люди живут в постоянном страхе, что здание однажды признают аварийным.
И в этой истории самый тревожный момент даже не затопленное бомбоубежище, а то, что к таким по сути важным объектам такое халатное отношение. Несколько лет назад наша редакция пыталась сделать материал про городские бомбоубежища. Вот только тогда нам их так и не показали, сославшись на гриф «совершенно секретно». Интересно, в каком состоянии находятся другие объекты. Этот, например, уже совершенно точно скрывать ни к чему. Ведь оно, как выяснилось, и на балансе то уже не состоит.
И тем не менее, заботы по его содержанию, даже если, дай Бог, оно никогда никому не пригодится, не должны ложиться на плечи жильцов. Но пока никто не спешит брать на себя ответственность, последствия становятся всё тяжелее — и платить за них приходится тем, кто просто живёт в этом доме.
Евгения Кочевая