Новосибирские НКО рассказали Тайге.инфо, как работают в условиях пандемии и планируют пережить кризис.
Денис Камалдинов, председатель правления региональной общественной организации «Гуманитарный проект»
Мы давно работаем с инфекциями, такими как ВИЧ, гепатит С, и понимаем последствия эпидемий, поэтому уже неделю как перевели офисную работу в дистантный режим, как и работы групп поддержки, сообществ.
Сейчас мы разрабатываем алгоритмы, которые помогли бы нашим целевым группам — людям, наиболее уязвимым к ВИЧ — не остаться без сервисов, прежде всего, без тестирования на ВИЧ и сопровождения. Мы работаем в тесной связи с Центром СПИД и инфекционной больницей, и так же, как и они, продолжаем работу. Наши консультанты и горячая линия по вопросам ВИЧ
Было странно, что федеральное правительство, упоминая про поддержку малого бизнеса, забывает про НКО. Видимо, некоммерческие организации не вживились еще в мышление правительства. Мы надеемся, что ситуация будет меняться, и какие-то меры по поддержке НКО правительство тоже будет предпринимать.
Эпидемия коронавирусной инфекции несет кризисные тенденции, и, как после любого кризиса, сложности для НКО, которые их еще не почувствовали, могут возникнуть через год-полтора. У людей и государства будет меньше денег, следовательно, и у НКО будут сложности с финансированием. Нам нужно привыкать к новым реалиям и думать, что можно сделать в этой ситуации.
146519тысячи новосибирцев не лечатся от ВИЧ, зная диагноз
Частные пожертвования мы не собираем, поэтому падение, которые чувствуют коллеги из других НКО, мы не ощутили. Но наши обязательства перед донорами сохраняются, и мы будем выстраивать систему поддержку людей, уязвимых к ВИЧ-инфекции, в существующих реалиях. Доноры с пониманием относятся к кризису, Фонд президентских грантов, бизнес (мы получаем поддержку от фармкомпаний) уже заявили о том, что готовы пересматривать сроки реализации проектов, потому что многие мероприятия, не только у нас, переносятся на более поздние даты.
Может быть, эпидемия коронавируса поменяет отношении вообще к любым проблемам в обществе, связанным с вирусами. Это очень важно — поддерживать тех, кто пытается противостоять этим проблемам, независимо от ситуации, возраста, пола. Для ВИЧ-сервисных НКО в России это давно понятно — вирусы не прощают легкомысленного отношения к ним. Надеемся, это осознание придет и ко всем в обществе.
Марина Аксенова, директор благотворительного фонда поддержки детей, оставшихся без попечения родителей, приемных семей и семей, попавших в трудную жизненную ситуацию, «Солнечный город»
Мы уже начали ощущать падение частных пожертвований. По сравнению с февралем этого года, в марте у нас ушло около 300 человек из доноров, и ежедневно один-два человека просят отписаться от ежемесячных пожертвований. Получается, что рост пожертвований, который позволил бы расширить работу, уходит в небытие. Причины мне понятны, но это обидно: от эпидемии коронавируса у нас работы меньше не стало и не станет.
Нам пришлось перенести большой форум PRO подростков, который должен был пройти 1−3 апреля в Москве, но мы уже договорились с гостиницей, что проведем его 7−9 октября. Были опасения, что те 200 тыс. рублей, которые мы вложили на авиабилеты для экспертов, пропадут, и это ощутимая сумма и для Фонда президентских грантов, на средства которого запланирована конференция, но я благодарю компанию S7, которая пошла навстречу и поменяла нам эти билеты на сертификаты, которые мы также сможем использовать осенью. Понимаю, что у авиакомпаний сейчас очень тяжелое время, и то, что они поддержали нас, это хорошо. Ну и сам Фонд президентских грантов, который выделил 1,5 млн рублей на проведения конференции в Москве, тоже понимает сложившуюся ситуацию и спокойно отреагировал на перенос мероприятия на осень. Теперь вопрос в том, что будет осенью, и сможем ли провести мероприятия в Москве.
Если говорить об общих тенденциях, для некоммерческого сектора и благотворительности ситуация будет усугубляться и ухудшаться, потому что в нестабильной ситуации люди сокращают любые расходы, которые могут сократить. Что нам в этой истории делать, пока не знаю, но мы не собираемся ни закрывать программы, ни уходить из ниши помощи детям. Детей, которые останутся без пристального внимания взрослых, все еще много, и мы будем их поддерживать.
148338как подросткам без родителей помогают найти наставника
Я надеюсь, нам всем вместе удастся найти варианты, когда людям будет интересно поддерживать благотворительные проекты. Я недавно писала об этом пост, и многие после него подписались на ежемесячные пожертвования нам, значит, нужно об этом говорить: нельзя бросать благотворительность, если вы выделяли на пожертвование тысячу рублей, не забирайте ее всю, оставьте хотя бы сто рублей, чтобы организации могли рассчитывать хотя бы на это.
Кроме того, в кризис видится тенденция к объединению людей. В социальных сетях я видела не только отклик на свой пост, но видела, как люди поддерживают свои любимые рестораны и кафе, куда не могут прийти — заказывая доставку, потому что этой индустрии сейчас очень тяжело.
Как в любом кризисе, у нынешнего две стороны, все можно повернуть в плюс или в минус. Как повлиять, мне не совсем понятно, но вокруг меня большое количество очень сознательных людей, и я рассчитываю на то, что нас услышат и все закончится хорошо.
Евгения Голоядова, президент фонда «Защити жизнь»
Наши подопечные — дети с тяжелыми заболеваниями, работа с ними не поменялась, если им нужна помощь, мы ее оказываем. Отменились массовые мероприятия, для развлечений и веселья сейчас не самое подходящее время. А детям на лечении покупаем лекарства, расходные материалы, дети болеют, их надо лечить, детям с паллиативным статусом вообще постоянно нужна наша помощь. Волонтеры, которые ходили в больницу, сейчас туда не ходят, мы не хотим принести туда инфекции. Сами мы продолжаем работать, но делаем удаленно все, что возможно — наша задача уберечь не только себя, но и родителей наших подопечных. Печально, что в апреле должен был состояться аукцион «Радость жизни» в пользу наших подопечных, которые мы с коллегами проводим много лет, пока он переносится на неопределенный срок.
Горячая линия по паллиативу в Новосибирской области 8 800 222 11 02 продолжает работу, большинство вопросов можно решить по телефону. Еще в некоторых семьях работают наши няни, потому что без их помощи детям и родителям будет очень сложно, они выполняют все меры предосторожности, которые возможны в период эпидемии.
147692чем помочь мальчику, которого нельзя вылечить
К сожалению, мы столкнулись с уменьшением количества пожертвований, пока мне сложно оценить масштаб бедствия, но я думаю, их будет еще меньше. От поддержки вынуждены отказаться и коммерческие доноры, и частные лица, некоторые люди пишут, что очень хотели бы продолжать поддерживать нас, но их перевели на карантин без пособия. Это значит, нам придется эту работу усилить, потому что потребность в деньгах меньше не стала: есть такие расходы на лечение детей с тяжелыми онкологическими заболеваниями, с паллиативным статусом, которые государство не закрывает. Билеты на самолет, чтобы улететь на лечение, тоже никто кроме нас нашим подопечным не купит. Правда, боюсь, что цены на оборудование и лекарства, которые мы покупаем для подопечных, скорее всего, подскочат, и когда нынешние запасы дистрибьюторов закончатся, мы ждем повышения цен.
Сегодня некоммерческие организации говорят о том, что нам как сектору понадобятся какие-то налоговые льготы и отсрочки, мы надеемся, что правительство рассмотрит этот вопрос. Наша задача — выполнять социальные заказы общества, ведь очень часто государство перекладывает на наши плечи то, с чем само не справляется.
Что касается наших крупных доноров, то Фонд президентских грантов — один из самых адекватных, требования к работе у них очень прозрачные, и сейчас они готовы поддерживать текущие проекты в пересмотре сроков реализации.
Наталия Мальтинская, руководитель центра помощи детям с аутизмом «Диада+1»
Мы оказались в более выгодной ситуации, чем другие НКО, потому что нас финансирует благотворительный фонд «Выход» через ассоциацию «Аутизм-Регионы». Мы тратим эти деньги на работу ресурсного класса, поэтому просить налоговую отсрочку нам не нужно.
Но мы столкнулись с другой проблемой: некоторые дети у нас практически невербальные, другие плохо разговаривают. Все они нуждаются в структурированной среде. Мы обучаем детей по адаптированным пособиям. Сейчас все школы перешли на свободное посещение, и мы выбираем вариант обучения. Ходить в школу, конечно, опасно, а дистанционно ученики с аутизмом просто не смогут заниматься, потому что с ними всегда работают тьюторы.
Школа «Перспектива», в которой учатся дети, согласна на некое заочное обучение при условии, что тьютор будет приезжать на дом. Но ведь ему тоже нужно потратить на эти поездки время, да и дополнительная опасность распространения вируса появится. Пока все-таки больше склоняемся к этому варианту. Как юридически выйдем из этой ситуации, не знаю. Но продолжать обучать детей мы должны, потому что если они сядут дома и не будут находится в учебном процессе, то могут утратить навыки, да и сложно им постоянно находиться в замкнутом пространстве с родителями.
Конечно, мы отменили все мероприятия. Хотели провести благотворительный концерт к пятилетию «Диады+1» и все вырученные средства направить на работу тьюторов в ресурсных классах. Надеемся, что организуем его в июне. В планах также был благотворительный аукцион и фестиваль «Посмотри на меня» 2 апреля, в день распространения информации об аутизме. На нем мы тоже рассчитывали собрать деньги на работу тьюторов. Сейчас рассматриваем вариант провести аукцион дистанционно. Понятно, легкая паника присутствует, но больше обидно за срыв мероприятий.
Анастасия Смолина, руководитель пациентской организации «Диалайф»:
На удаленную работу наша организация не перешла, но мы принимаем все необходимые меры: обрабатываем руки антисептиком, проветриваем помещения, делаем влажную уборку в офисе. Все масштабные мероприятия перенесли на неопределенный срок.
Нашей организации очень бы помогла выписка рецептов дистанционно. Необходимо также уже начать обеспечивать подопечных с диабетом инсулином на 180 дней, как это прописано в приказах Минздрава РФ. Мы в группе риска, но вынуждены ежемесячно ходить в поликлинику, находиться в одном помещении с пациентами с ОРВИ, чтобы получить выписку на инсулин и расходные материалы.
Маргарита Логинова, Ирина Беляева