– Как вы пришли в нейрохирургию? 

 

– В нашем  роду я – единственный врач. Все произошло просто: окончил обычную челнинскую школу №11, где  из всех  предметов нравились химия и биология, а вел их очень хороший преподаватель. Затем поступил в Казанский медицинский институт, а в  свою профессию  пришел на втором курсе во время сестринской практики  в БСМП, когда  будущих докторов учат делать уколы. Почему-то мне захотелось пойти в  отделение нейрохирургии, я побывал в операционной, где все увидел своими глазами, – и загорелся.  Кстати, первые мои  наставницы-медсестры до сих пор работают. 

 

– Вы имеете дело с мозгом человека, что самое важное в операции? 

 

–  Нейрохирургия – одна из самых сложных специальностей: работаем с мозгом, нервами, тончайшими сосудами, любое движение буквально на один-два миллиметра может обернуться параличом пациента. Мы должны оперировать мозг так, чтобы человек был потом в полном порядке: мог думать, говорить, ходить и радоваться жизни. 

 

 – Помните свою первую операцию?

 

– Нет. Но до сих пор в памяти первая смерть. 31 декабря на машине «скорой» после ДТП к нам поступила девушка с тяжелой черепно-мозговой травмой. Более двух часов мы пытались ее спасти, но…В этот день ей исполнилось 17 лет. Родителям о кончине дочери сообщили в 23.30.

 

– Кто ваши пациенты? Стало ли их больше в связи с новшествами нашей жизни – смартфонами, компьютерами?

 

– Не могу утверждать об их влиянии на мозг человека – наукой это не доказано.  Я в медицине 13-й год, пациентов становится все больше. Свою роль играет то, что болезни выявляются с помощью томографов, к сожалению, нередко недостаточно вовремя. Считаю, что люди должны  внимательнее относиться к своему здоровью. Те, кто перенес рак молочной железы, меланому, опухоль легких, почек, кишечника, обязаны раз в год проходить компьютерную магнитно- резонансную томографию головного мозга. Опухоли часто дают метастатическое поражение головного мозга, но многие об этом не знают и приходят слишком поздно. 

 

Стало много пожилых пациентов. К сожалению, на изменения в их психике родственники, врачи-неврологи, терапевты не обращают внимания. Думают, виноваты старческая деменция, капризы. Но бывает, это связано с разными нейрохирургическими заболеваниями: опухолями в мозге, гидроцефалией. У пожилых людей заболевания могут протекать скрытно, долго. К тому же мозг с годами усыхает, и новообразования в нем занимают много места. А удалять опухоли очень сложно.   

 

Отдельная тема – гидроцефалия пожилых людей: они начинают плохо ходить, страдают недержанием мочи, пугают изменениями в психике. Это успешно лечится, пациенты возвращаются к активной жизни. 

 

– Какие признаки требуют буквально бежать к нейрохирургу?

 

– Сильные головные боли, которые отличаются от обычных; рвота по утрам; нарушение психики, зрения; появление слабости; онемение одной стороны тела. При  гормональной опухоли головного мозга начинают расти нос, уши, пальцы. 

 

– Ваш совет модникам, в холодную погоду игнорирующим головной убор?

 

– Надо себя беречь! С головным мозгом от холода ничего не случится, но легко простудить уши и получить отит, мастоидит. А вкупе они дадут гнойное осложнение на мозг, и придется обращаться к нейрохирургу. 

 

– Когда слышите о сборе денег на операцию в Израиль или Германию, не возникает мысль – это можно сделать и у нас, к тому же бесплатно? 

 

– Материальная и научно-техническая база, точно такая же, как и за рубежом существует только в федеральных центрах – Москве, Санкт-Петербурге, Тюмени, Новосибирске. Очереди в эти клиники, к сожалению, существуют. Туда, по согласованию с главным нейрохирургом Татарстана, мы направляем своих пациентов, которых, считаем, в наших условиях  невозможно безопасно прооперировать. 

 

– Наверняка приходится  сталкиваться с  осложнениями после операций  в зарубежных клиниках.

 

– Такие ситуации бывают периодически во всех медицинских центрах любой страны. Поэтому еще до операции врачу необходимо досконально обговорить с пациентом возможные риски. Он  имеет право знать: нужна ли операция, что произойдет, если от нее отказаться. Доктор предоставляет полную информацию, и они, как партнеры, принимают решение вместе. Осложнения могут быть у любого человека, ведь даже Бог не дает гарантии на свои изделия. 

 

– Сколько часов длится операция врача-нейрохирурга? 

 

– В нашей практике самая длительная операция заняла 8-10 часов. В среднем же, они длятся по 2-3 часа, все это время нейрохирург стоит у микроскопа. Наше отделение занимается, во-первых, неотложной помощью. Чаще всего в ней нуждаются люди в возрасте до 50 лет, поступающие с черепно-мозговыми травмами, полученными в ДТП, на производстве, в быту, и вследствие алкогольного опьянения. Во-вторых, есть плановые больные в возрасте ближе к 60 годам с межпозвонковыми грыжами. Делаем операции по поводу опухолей мозга, они поражают и молодых, и пожилых. 

 

– Что помогает справляться с неимоверным напряжением?

 

– Результаты труда. Представьте, что  испытывает хирург, когда парень, поступивший с тяжелой черепно-мозговой травмой, в коме, утром после операции открывает глаза, разговаривает и жмет руку. А ведь если бы его привезли бы чуть позже, он мог бы умереть.  

 

 – Вы честно говорите пациентам о болезни, о том, как прошла операция?

 

– Естественно. Говорим, что выявили у них  в операционной, сообщаем информацию об опухоли, о перспективах. Быстрее идут на поправку те, кто понимает, какое у него серьезное заболевание и настроен на длительную, упорную работу по выздоровлению. Медленнее восстанавливаются люди, находящиеся в депрессии. Вообще, залог хорошо проведенной операции – это  50 процентов успеха в выздоровлении. Остальные 50 процентов связаны с уходом, реабилитацией. Очень важно, чтобы пациента после выписки поддерживали врачи поликлиники, социальные работники, психологи, родные.

 

– В вашей практике был случай, который можно объяснить как чудо? 

 

– 40-летнего мужчину парализовало после падения со 2-го этажа – он получил компрессионный перелом позвоночника. Мы несколько раз его прооперировали, он прошел различные этапы реабилитации, но по-прежнему передвигался на коляске в сопровождении матери. А спустя время, пришел на своих ногах. Спрашиваю: «Как тебе это удалось?» – и он сказал, что каждый день с помощью табуретки занимался дома, преодолевая страшную боль. Вот такая история –  это не чудо и не мистика, а огромное  желание жить. 

 

– Вам удается выезжать на научные конференции, есть время? 

 

– Быть в курсе медицинских технологий и разработок нам помогают иностранные научные журналы. Надо вовремя с ними знакомиться, иначе даже одна непрочитанная  статья может тебя отбросить на несколько лет назад. Выезжаем с коллегами регулярно на  конференции не только в Москву, но и за рубеж – в Германию, Турцию, Голландию. 

 

– Самый любимый фильм о медиках – это… 

 

– … американский сериал «Анатомия страсти», в которой разбирают реальные случаи из медицины. Сериал «Тяжелый понедельник» о несчастных случая, ошибках медиков. Зарубежный сериал «Резидент» – о молодых ординаторах. Многие коллеги хвалят отечественный сериал «Склифосовский», но я до него не дошел. 

 

– Вы довольны своим финансовым положением? 

 

– Да, с этим все нормально. 

 

– Как проводите отпуск?  

 

– (Улыбается). С учетом того, что у нейрохирургов отпуск 60 дней, то всей семьей любим путешествовать.