Заместитель главного врача Красноярского краевого клинического центра охраны материнства и детства Эльмира Ахмедова стала лауреатом премии главы города в номинации «За высокие достижения в профессиональной деятельности». В интервью «Городским новостям» она рассказала о пути в медицину, сложностях педиатрии и детях, которые возвращаются к жизни вопреки диагнозам.
Сначала фундамент
— Эльмира Интизамовна, сейчас вы являетесь заместителем главного врача по медицинской части по детству в краевом центре охраны материнства и детства. А о чём вы мечтали, когда учились в школе?
— Семья у меня не медицинская, но класса с восьмого мечтала стать врачом. Самостоятельно и с репетиторами усиленно готовилась к поступлению в медицинский университет, к экзаменам по биологии и химии.
— Почему именно медицина?
— На биологии в школе меня очень заинтересовал раздел анатомии человека и легко давалась химия. Плюс у меня были знакомые, которые уже окончили школу и поступили в медицинский университет. Они увлечённо рассказывали об учёбе.
— Сколько лет вы учились, чтобы стать доктором? Сложно было?
— Моё образование — 11 лет, не считая школьных 11. Первые шесть — базовый курс педиатрии. После — два года ординатуры. У меня специализация тоже была по педиатрии. Затем три года аспирантуры, которую я окончила в 2021-м. Первые курсы были самыми сложными, потому что в них даётся фундамент, изучаются все процессы в организме. Приходилось очень много зубрить днями и ночами. А с четвёртого курса, когда началась клиническая часть, появилось больше практических занятий. Если ты уже знаешь основы, то на старших курсах учиться гораздо легче. К тому же добавляется работа с пациентами. Мы проводили много времени в больницах с реальными людьми, в операционных, в процедурных, в родовых залах. Самое сложное, наверное, всё-таки это анатомия человека, потому что ты должен выучить названия всех частей в организме на русском, на латыни, уметь показать их на трупе. Каждый нерв, каждый сосуд, каждую мышцу, каждую складочку в черепных ямочках. Для этого необходимо иметь колоссальную память.
Всё не зря
— Было ли чувство выгорания за это время?
— Пожалуй, в первый год учёбы — из-за нагрузки. Потому что как бы ты ни готовилась в школе, ни занималась с репетиторами, ни участвовала в олимпиадах, это не сопоставимо с той нагрузкой, которая идёт на первом курсе медицинского университета. К тому же у меня синдром отличника — школа с медалью. И вот я, медалистка, пришла на первый курс, и объём информации, на который в школе мы тратили полугодие, теперь нужно освоить за неделю. Но у меня очень большая поддержка была в семье и до сих пор есть, хоть я уже давно окончила университет и работаю врачом. Семья всегда меня выслушает, даст совет и поддержит.
— Какие события из университетской жизни оставили самые глубокие впечатления?
— Я была очень активным студентом и, помимо отличной учёбы в медицинском университете, занималась наукой, общественной деятельностью, многие годы была председателем союза молодёжи в университете. Мы участвовали постоянно в каких-то конференциях, съездах, форумах, имели возможность посмотреть на ребят из других университетов, завести новые знакомства. Благодаря этому у меня до сих пор есть друзья в других городах. Мы уже давно окончили университет, но поддерживаем связь, общаемся в социальных сетях. Это очень здорово. Мне запомнились не только парта, лекционный зал, но и деятельность вне учёбы, которую дал наш Красноярский медицинский университет.
— Что почувствовали, когда получили диплом?
— После каждого этапа обучения выдаётся отдельный диплом. Мне очень хотелось, чтобы он был красным. Когда госэкзамены были сданы и всё закончилось, появилось чувство и облегчения, и гордости за то, что смогла. Диплом я получила с отличием. Значит, бессонные ночи, тревоги, переживания — всё было не зря, но нужно двигаться дальше, ещё, ещё, ещё учиться.
Главное — честность
— Почему решили связать свою врачебную деятельность именно с детьми?
— В медицинском университете есть такая особенность: с каждым курсом, как правило, у тебя меняется понимание, кем ты хочешь быть. Сначала все хотят стать хирургами, потом кардиохирургами, потом нейрохирургами. За шесть лет обучения твои желания могут поменяться буквально десятки раз. Я не исключение. Когда поступала в университет, думала, свяжу свою жизнь с хирургией. Но потом в процессе обучения, когда у нас начались дисциплины, связанные с детским возрастом, стала интересна педиатрия, причём одновременно я всё равно хотела уйти во взрослую кардиологию.
Но Иван Павлович Артюхов, на тот момент ректор университета, всегда общался со студентами, с любым мог в коридоре побеседовать. Активистов он знал в лицо. И он мне говорил: «Ну как ты пойдёшь во взрослое направление? Ты же педиатрический факультет заканчиваешь. Давай всё-таки мы подумаем ещё раз и всё-таки ты выберешь педиатрию».
Иван Павлович — был самый главный человек в университете, с безусловным авторитетом у студентов и преподавателей. Не прислушаться к совету старшего товарища, наверное, было бы неправильно.
— Насколько сложно лечить маленьких пациентов?
— Сложности в этой работе есть. Взрослый человек приходит к врачу и говорит, что его беспокоит. В педиатрии так может не каждый пациент. Маленькие дети ещё не умеют говорить, показывать, что их тревожит. Ну и второй момент — с маленьким ребёнком (приходит к врачу. — Ред.) его мама, папа, родственники, и они очень волнуются, переживают. Самое сложное порой — найти нужные слова, чтобы успокоить семью. Иногда мы вынуждены говорить не самые приятные вещи. Но быть честным — одно из главных качеств врача.
— Какие сейчас у вас обязанности в центре материнства и детства?
— Три с половиной года я являюсь заместителем главного врача по медицинской части, курирую вопросы педиатрии в нашем центре. Мои задачи здесь больше организационные — обеспечить процесс обследования, диагностики, лечения каждого пациента. Всех самых сложных смотрю совместно со специалистами профильных отделений, с их заведующими. Помимо моей основной работы, у меня ещё есть функция главного внештатного специалиста-педиатра министерства здравоохранения Красноярского края. Ну и я не перестаю быть врачом: дежурю в приёмном отделении стационара, так же, как начинала, и в отделении пересадки костного мозга.
— Есть ли пациенты, которые за годы работы вам особенно запомнились?
— Чаще всего это «тяжёлые» дети, которые находились в отделениях реанимации месяцами, у которых прогнозы на жизнь были не самые оптимистичные. Но силами наших специалистов, верой родителей им со временем удалось восстановиться. Это чудо. Детский организм уникален: иногда кажется, что надежды нет и уже ничего нельзя сделать, но медики не отступают, продолжают помогать. И в какой-то момент организм находит резервы, лечение начинает действовать.
В моей памяти самый яркий, запоминающийся момент такой. К нам поступил подросток с инсультом. У него был поражён почти весь головной мозг, и прогнозы на нормальную жизнь были почти равны нулю. Однако через месяц ребёнок был стабилизирован, переведён в неврологическое отделение для восстановления. Реабилитация шла очень медленно, но через восемь месяцев маленький пациент на своих ногах подошёл ко мне, и мы обнялись.
— О чём вы мечтаете сейчас?
— Чтобы каждый заболевший ребёнок стал здоровым.
Нюанс
Премия главы города молодым талантам вручается ежегодно с 1993 года красноярцам в возрасте от 14 до 35 лет, которые добились заметных результатов и внесли вклад в развитие города. В 2026 году награда досталась 50 лауреатам, которые проявили себя в образовании, культуре, спорте, общественной и научно-учебной деятельности. Размер каждой премии составил 70 тысяч рублей, победителям вручили памятные дипломы и знаки отличия.
Артём Касаткин