Утро начинается не с кофе, а вечер не с фразы «конец рабочего дня»». Всё начинается с них: с дикторов новостей. Специально ко Дню рождения телерадиовещательного канала «Гродно Плюс» они рассказали корреспонденту журнала «Гродно» о том, что скрывается под столом у ведущего, как быстро и безболезненно пройти кастинг и почему даже в этой «сказочной» профессии есть свои минусы.

Вероника Бибикова: «Чтобы всё работало на тебя, ты должен работать над собой»

– Глядя на многих ведущих, кажется, что их харизма, артистичность и умение себя подать – врождённые качества. Как было у Вас? С детства мечтали о карьере ведущей?

– В школе я была скромнейшим ребёнком. Мама всегда говорила обо мне так: «Где посадишь, там и возьмёшь». Но, несмотря на это, в начальных классах меня часто выбирали на роль ведущей. К концу учёбы даже стали называть «вечная ведущая». Однако после школы поступила в педагогический университет Максима Танка, получила диплом и могла стать учителем истории. Но жизнь повернулась абсолютно в другую сторону.

– И как она привела на телевидение?

– Как привела? Ну, это не как в анекдоте: « – Как вы стали диктором новостей и попали на телевидение? Это был блат? – Нет, это была сестла». Было не так. На «Гродно Плюс» всё по-честному. У меня в жизни выпадало целых три возможности попасть на телевидение. Первая попытка была, когда только создавалось радио и проводили большой кастинг ведущих. В тот раз я тряслась как осиновый лист. Оказалось, зря. Меня взяли, но сама была не готова. В тот период я целенаправленно планировала завести ребёнка. Поэтому не согласилась. Была и вторая попытка. Я собиралась на работу: нужно было уезжать в другой город. Внезапно мне звонит начальник отдела вещания и говорит: «Вы не могли бы приехать? Мы хотим попробовать Вас записать». И я понимаю, что не могу. Тогда подумала: «Значит, не судьба». Но в третий раз я была готова: осознанно и целенаправленно шла к этому.

– Как это произошло?

– На вакансию «диктор новостей» проводили кастинг, на который я, как всегда спешащая, решила забежать. В памяти осталось только, как я влетела одна из последних, в коридоре сидели люди и мне быстро вручили какую-то бумажку. Когда спросили кто следующий, то никто не вызвался и пошла я. Что-то прочитала, потом подошла записаться на радио – и всё. Дальше я помню, как ещё не доехала до дома, а мне уже позвонила начальница отдела радиовещания и попросила зайти. На следующий день я уже делала новости на радио. Чуть позже решился вопрос и с телевидением. С тех пор я здесь, и мне легко и спокойно. Не знаю, в чём причина. Может, с этим местом всегда так? На «Гродно Плюс» – как дома!

– И всё-таки забежать на кастинг и пройти его – это что-то из области фантастики. Вы оканчивали какие-то курсы, прежде чем попасть на «Гродно Плюс»?

– Я не знаю, обнадёжу или разочарую нашего читателя, но я не проходила курсов и не оканчивала университет по этой специальности. Был опыт ведущей. Да, немного другого формата, но всё же, думаю, я была к этому готова. Я восприняла это как работу, которую должна сделать хорошо. Я всегда только так видела свою профессию. Один знакомый однажды спросил у меня: «А вот тебя узнают на улице? Как ты к этому относишься?». А я говорю: «Ты на меня посмотри сейчас. Видишь эту рыжую лохматость, рваные джинсы и кепку? Ты считаешь, я, правда, в данный момент похожа на тех, кого ты видишь по телевизору?».

– Диктор – это, наверняка, не так легко, как может показаться на первый взгляд. Как готовитесь к эфиру?

– Подготовка начинается с внешности. Полчаса нас «укладывают» или я сама этим занимаюсь. Например, я не люблю, когда у меня собраны волосы: с ними я выгляжу старше. Я как диктор борюсь за свою внешность и голос, а оператор чаще – только за картинку. Тень от распущенных волос – для него настоящий кошмар! Но иногда я всё-таки прихожу с собранной причёской. Так мы пытаемся найти компромисс.

– Но внешностью всё не ограничивается?

– Конечно, обязательна и подготовка речевого аппарата. Свою я выполняю обычно за рулём автомобиля. И если бы проезжающий мимо водитель обратил внимание на то, как я разрабатываю мышцы лица и язык, он был бы, мягко говоря, удивлён. К диктору вообще очень много требований. Одно из них – быть сдержанным, вытянутым по струнке. В момент эфира ты всё время думаешь: «Как будет выглядеть это движение? Куда «уехал» мой голос? Почему спина недостаточно прямая?». При этом важно оставаться живым. И чтобы всё работало на тебя, ты должен работать над собой. Но расти – это интересно. И если повезёт, у тебя даже появится свой стиль. А что может быть лучше уникальности?

Сергей Одинцов: «Проторенной дорожкой, но с моральной отдачей»

– Специальность, по которой Вы окончили университет, звучит как «государственное муниципальное управление». Путь в журналистику с таким дипломом далеко не прямой. Поэтому расскажите, как вы всё-таки попали на радио, а потом на телевидение?

– Когда я жил у себя на далёком-далёком севере, в Надыме, я работал в развлекательном комплексе. Мы тесно сотрудничали с телерадиовещательной компанией, в частности, с её рекламным отделом. Очень скоро у меня появились там друзья. Дальше – в новостном и на радио. Так, приятели начали подталкивать меня к тому, чтобы я попробовался на радио. Спустя время я пришёл на телерадиокомпанию «Надым». Поначалу, естественно, было страшно: камеры боятся все. Потом привык. Но, понятное дело, выработка дикции, курсы филологии и правописания – всё это я осваивал с нуля.

– Какие именно курсы помогли «погрузиться» в профессию?

– Сначала я проходил недельные курсы в Надыме. Потом на конкурсе «Хрустальный микрофон» довелось послушать известных личностей из Москвы и Екатеринбурга. В какой-то момент я нашёл курсы в Москве, взял отпуск за свой счёт и уехал на три месяца. Побывал на лекциях и в Московском международном университете. Параллельно с ними посещал занятия в телестудии «Останкино». Там мы жили, обучались и вникали во всё, что говорили Владимир Познер, Леонид Якубович, Екатерина Андреева, Мария Ситтель и другие. Ещё была серьёзная практика на «Авторадио», «Европа Плюс» и «Русское радио». Попеременно я пробовался в студиях «РТР», «НТВ» и «ОРТ». Потом вернулся в родной город и даже обучал коллег всему, что узнал. К слову, в 2014 году я получил «Хрустальный микрофон», на котором несколько лет назад был только в качестве слушателя. С тех пор я просто пошёл проторенной дорожкой.

– И как дошли до Гродно?

– С Гродно судьба связывает меня с 1998 года. Так как у меня здесь родственники, я периодически приезжал сюда на неделю или две. А в 2017 году я был здесь практически полтора месяца. Вернувшись после этого к себе на север, я всё-таки понял, что жить в маленьком городе с морозами под -50, сугробами по пояс, а летом – комарами и мошкарой, я больше не хочу. И поэтому, пока есть накопленный багаж знаний, сертификаты и награды, я решил поехать сюда. 31 декабря 2017 года я был уже в Гродно, и первое, что сделал, – это отдохнул. А потом решил устроить себя куда-нибудь. Отправил своё резюме по почте на «Гродно Плюс» и получил ответ буквально через день. Затем меня пригласили на собеседование, я принес материал, со мной записали подводку и всем всё понравилось. С февраля я уже влился в коллектив «Гродно Плюс».

– Несмотря на такой большой опыт, человеческий фактор никто не исключает. Какие забавные случаи «из эфира» вспоминаете до сих пор?

– Бывало, падал со стула. На выпуске дневных новостей я сидел на барном стуле, как и все ведущие – это не секрет. И в тот момент, когда мне надо было повернуться, микрофон опустился чуть ли не в задний карман, а потом вниз по ноге. Позже я почувствовал, что он натягивается. И чтобы его не порвать, мне нужно было что-то предпринять. А единственное, что я придумал, – это упасть со стула. Я пытался сделать это красиво, но свалился с грохотом. А, к примеру, жарким-жарким летом в сети можно было найти фотографию, где видимая часть меня – это пиджак и рубашка, а под столом – шорты и тапочки. Да простят нам наши зрители, но от света софитов летом особенно горячо.

– В прошлом к Вам в эфир приходили письма и звонки с признаниями в любви. А в Гродно хотя бы узнают на улицах?

– Буквально недавно узнали соседи. Случайно столкнулся с ними, а мне говорят: «А мы знаем, Вы на телевидении работаете». Иногда встречаю своих зрителей в самых неожиданных местах, например, в больнице. Может, узнают и чаще, просто говорят об этом не каждый раз.

– Здорово! Вы как будто лицо нашего города.

– Вообще, да. Везде так. Телевидение города, дикторы новостей – это лицо. И поэтому уже на первых курсах тренингов и семинаров тебя обучают тому, что работник СМИ должен забыть о каких-то своих радикальных точках зрения. Конечно, ты можешь высказаться, но важно чувствовать рамки.

– В этом, наверное, и заключается основная сложность профессии?

– Сложностей много, хотя многие люди говорят: «Ну, вы же там не кирпичи грузите!». Люди, которые не сталкивались с эмоциональной отдачей, никогда этого не поймут. К вечеру ты приходишь домой и просто хочешь спокойствия. Так, я не смотрю новости и не слушаю музыку. Через лет пять работы на радио или телевидении становится заметным то, как замолкаешь рядом с близкими и везде ищешь тишину.

– Но есть и плюсы в этой профессии. Какие Вы бы выделили?

– Я стал встречать людей по голосу. Не по одежде, не по интеллекту, а именно по голосу. Для меня было большим открытием впервые услышать местный говор. А сейчас я сам частенько подхватываю эту манеру. Но по-прежнему воспринимаю людей на слух.

– И как сейчас звучат люди?

– В большинстве своём, хорошо.