Комиссия по инвентаризации нематериального культурного наследия работала в нашей области в рамках проекта «Организация и проведение полевых экспедиций по инвентаризации элементов, включенных в Национальный список в регионах Республики Казахстан».
От привычки – к определению ценности
Живем по привычке, не задумываясь над тем, что нас окружает изо дня в день. Порой завидуем технологической продвинутости иных стран или регионов, порой горюем над традициями, оставшимися во дне вчерашнем. Именно второе представляет собой элементы нематериального культурного наследия (НКН) и является объектом описания и сохранения.
По инициативе Казахстанского института общественного развития, при поддержке Министерства культуры и информации РК участники полевой экспедиции по инвентаризации элементов НКН проехались в сентябре по актюбинской глубинке и побывали в областном центре.
Участники – это эксперт Национального комитета по нематериальному культурному наследию РК, PhD-доктор искусствоведения, руководитель отдела Национального музея РК Ардаби Маулет и искусствовед, докторант Казахского национального университета искусств имени К. Байсеитовой Онгарбек Таскарин.
– Цель проекта – инвентаризация и документирование НКН в шести регионах страны, анализ и актуализация информации о состоянии элементов, включенных в Национальный список. В нынешнем году список расширен до 79 пунктов, 14 из них давно внесены в Репрезентативный список ЮНЕСКО, – рассказывает Ардаби Маулет. – Нынешний приезд в ваш регион – скорее разведка, так как двадцати дней для полновесной этнографической экспедиции очень мало. Опыт имеется в других регионах, и там работа длилась от полугода. Начальный этап инвентаризации — выявление собственно элемента, а потом его носителей. Вторые делятся на две группы – отдельная личность или сообщество.
Главная цель визита ученых – поиск носителей элементов, людей, а из 79 пунктов Национального списка в Актюбинской области этнографы зафиксировали выделку кожи и изготовление из нее традиционных для казахского быта вещей, традиции музыкальные, устного народного творчества, духовные, гастрономические, лечебные, охотничьи, скотоводческие, предметно-бытовые и интерьерные, игровые.
Ардаби Маулет родился и вырос в Синьцзян-Уйгурском автономном районе (КНР). Его дед Жакып Абдираманулы был сокольником и певцом. Отец Маулет – баянист, домбрист, носитель казахских певческих традиций.
Ученик домбриста Аскара Маликулы, в Казахстан Ардаби приехал в 2004 году для поступления в Алматинское училище имени П. Чайковского, после окончания которого был КазНУИ имени К. Байсеитовой, докторантура этого же университета по специальности «музыковедение».
Сегодня Ардаби работает в родном вузе и Национальном музее РК. В его опыте несколько этнографических экспедиций, одна из них проведена недавно в нашем регионе. Но как говорит сам ученый, нынешняя была этнографической разведкой, ведь подобные исследования проводятся месяцами и годами. С учетом масштабов Актюбинской области и наличием элементов материальной и нематериальной культуры эта точка зрения особенно актуальна.
В глубинке и не только
Первым пунктом остановки этнографов стал город Эмба, где живут носители элементов тары, табанан и қазан жаппай жасау, өрімші и жуаен қамшы, шақша жасау, сынық салу, домбровых кюев, асық ату и қазақ күресі. Как уточнил Ардаби Маулет, согласно условиям ЮНЕСКО, брать элемент можно только у человека из народа:
– Это не должен быть профессионал, скажем, с дипломом повара, музыканта или учителя физкультуры. Вот поэтому, записывая асық ату и қазақ күресі, снимали мальчиков, играющих у калитки. Везде велась фото- и видеосъемка. Три человека демонстрировали тары жасау, а это процесс из четырех этапов: қайнату – қуыру – келеге салу – тазалау. Если следом из тары делался талқан, то добавлялся пятый этап – диірменге салу. Отдельная благодарность Зауре Сарсеновой, которая демонстрировала сразу несколько элементов, сынықшы Берекету Темирову и его сыну Ерлану, разводящему тазы.
Помимо гастрономических традиций, в Шалкаре исследователи из столицы записывали Жумабая Жансугурова, ученика Кадырали Ержанова. Последний является учеником Казангапа, поэтому сегодня Жумабай ага, подбирающийся к своему 100-летию, является прямым носителем наследия выдающегося кюйши. От аксакала было получено много информации по истории создания Казангапом кюев.
Иргизцы, как и жители других районов, продемонстрировали, что казах-кочевник умеет если не все, то почти все. Кулян Абильдина показала қазан жаппай жасау, Орынгуль Смаилова – казахский вариант сказания о Көроғлы, Айнагуль Алиева – жүн сабау и текемет басу, Казиза Баймагамбетова – традиционное казахское пение ән и әң терме. Здесь же были сняты элементы ірімшік, шұжық, қазы жасау, өрімші.
В Кандыагаше маленькие борцы из районной ДЮСШ демонстрировали қазақ күресі, но совершенно уникальным находит собеседник выведение мугалжарской породы лошадей и допускает, что список пополнится и породой жабы.
В Темире этнографы работали с сынықшы, в Шубаркудыке снимали элементы тері өндеу, кюй, а также сопровождение легенд-жыр на кобызе и домбре.
В Карауылкельды (Байганинский район) записывались прежде неизвестные сказки (аныз), работа мастериц біз кесте, процесс изготовления домбры и сырмаков.
Кобдинцы являются носителями таких жанров, как жоқтау, сыңсу, бесіқ жыры и ертегі. В Мартуке собиратели традиций снимали жырши Тенеля Муханова и процессы тақия, қасаба и кемешек тігу, в Бадамше (Каргалинский район) – жастық и көрпе жасау.
Вопреки научно-техническому прогрессу в центре Айтекебийского района живут три бақсы-балгерлік.
– Две из них немолоды. Одна қара бақсы, вторая – ақ бақсы, обе получили силу от дедов в качестве бата. Ко всем трем люди обращаются за самой разнообразной помощью, – рассказал Ардаби Маулет.
Здесь же, в селе Темирбека Жургенова, экспедиция работала также с сообществами носителей традиций.
– Это ТОО «Базаргүл», где шьют казахскую национальную одежду, постель, убранство для юрты и тому подобное, – продолжил собеседник. – Бесценной находкой стало ИП «Жумабекова», выпускающее продукты питания и даже мыло из козьего молока.
Еще два сообщества стали объектами внимания этнографов из Астаны: школа жыршы «Ер Едіге» под руководством Адильбека Сарина (при областном центре народного творчества), а также ИП Qoishynyn qyzy, выпускающее казахские национальные мясные и молочные блюда. Оба находятся в Актобе.
Проблемы и пути их решения
– В глубинке казахские традиции живы, но они требуют серьезной государственной поддержки, – делится надеждой руководитель экспедиции. – В вашем регионе я выделил бы такие элементы, как күрт жасау, тары жасау, тері өндеу (особенно изготовление торсыков, саба, камчи, кожаной обуви). Какую проблему назову главной, если говорить об исследовательской базе? У всех докторантов достаточная теоретическая подготовка, но нет практики научных изысканий, не отработан алгоритм этнографических исследований. Казахстан – член ЮНЕСКО. У нас все трубят о ценности материального наследия, но о нематериальной культуре не говорит никто. При том что есть Национальный список из 79 пунктов, требующий системной материальной поддержки и подготовки научных кадров, а без системы жизнеспособность чего угодно равна нулю.
Поясню, что культура представляет собой два направления – материальное и нематериальное. Носителями обоих являются люди, и нематериальное направление безнадежно хрупко: умер человек – умер элемент. Носители элементов должны иметь учеников, а на это государство должно выделять деньги. Нужно отработать алгоритм исследования элементов, подлежащих инвентаризации, и проводить описание на уровне управлений культуры, центров народного творчества. Нужно создавать отделы, так как это компетенция этнографов с высоким уровнем подготовки. Замечу, что у министерства и управлений культуры хорошо отработана организация концертов, не забываются юбилеи выдающихся личностей, но это – дело третье. На второе место я поставил бы научную отчетность (сборники статей, например) по юбилеям и событиям, а на первое – инвентаризацию всего того, на что нацеливают общество, на что уходит бюджет. И заниматься этим должны профессионалы.
Татьяна ВИНОГРАДОВА
Фото Аслана МУСЕНОВА