Девяносто лет тому назад, 26 июля 1933 года, Актюбинск принял колонну из 23 машин. Это был самый сложный и результативный, самый многокилометровый и многозадачный, самый подготовленный и ожидаемый пробег в истории автомобилестроения.
Обкатать технику
Событие, оставившее память в областном архиве размером в две бумажки, перевернуло мировой автопром и сделало заявку на лидерство во многих отраслях пока еще не родившегося автопрома Советского.
Бить по разгильдяйству и бездорожью не входило в цели и задачи этого мероприятия. Бездорожье для тех первых советских автомобилей было средой, в которой и для которой они рождались. Сверхдальнему пробегу нужны были заболоченные места, глинистые проселки, верблюжьи тропы, заброшенные почтовые тракты, голая степь, сыпучие барханы с туркменским лесом.
В 1933-м заводы ЗиС и ГАЗ ежесуточно выпускали уже по 200 машин. Мероприятие, инициированое Автодором (добровольным обществом содействия автомобилизации и дорожному строительству), имело целью обкатать самые обычные конвейерные машины в необычных условиях. Страна строилась, и ей нужна была выносливая техника.
В пробеге приняло участие 23 автомобиля. Водителей и механиков отбирали тщательно, это были люди сильные, а главное – профессионалы. Всего 96 человек: конструкторы, испытатели, механики, инженеры, начальники заводских цехов, ученые. В состав экспедиции входило шесть профессоров. Обязательно были журналисты, хроникеры, писатели. И какие: документалист Роман Кармен; журналисты Михаил Лоскутов, Лев Огнев, Габриэль Уреклян – тот самый Эль-Регистан, один из авторов Гимна СССР.
Документы
На песке не остается следов. Они остались в архивных папках в виде двух финансовых расписок. Одна называется «Расходы по автопробегу Москва – Каракумы – Москва». Состоит из трех пунктов. В первом сообщается, что начоптосклада (это должность такая) отпущено за отправку горючего и смазочного материала в Карабутак, Иргиз и проч. 2 000 рублей. Колонну там ждали, и горючее отправили заранее. Вторым пунктом извещалось, что отпущено в распоряжение комиссии по организации встречи автоколонны 8 000 рублей. И третий пункт – отчет за купленный красный материал для уличных плакатов и украшения арки, на него было потрачено 518 рублей. Итого встреча каравана автопробега обошлась городу в 10 518 рублей.
Вторая справка дает дифференцированный отчет по расходам, произведенным комиссией по встрече автоколонны Москва – Каракумы – Москва. Тех самых восьми тысяч. Смотрим. Стирка белья и подшивка забрала 540 рублей; овощи, фрукты и транспортные расходы – 2 320 рублей; на продукты – мясо, муку, яйца, крупу и прочее – ушло 2 420 рублей; пиво обошлось в 825 рублей; еще «Нарзан» – 242 рубля и дрова – 100 рублей. Самые интересные последние расходные пункты. Во время ужина была похищена какая-то коробка. За что уплачено 200 рублей. И последний, девятый, пункт предписывал уплатить 200 рублей. За что? Неразборчиво. Всего 7 007 рублей. Куда ушел остаток – 93 рубля – анналы скрыли.
Людей ждали и встречали. Как? Соотнесем документы с впечатлениями участника пробега. Есть хорошая книга Михаила Лоскутова «Рассказы о пустыне и дорогах». Четыре зарисовки в ней описывают путь по Актюбинской области.
«Банкет в Актюбинске»
Так называется рассказ из сборника о пустыне и дорогах. Город встретил колонну необычно и загадочно. «В Актюбинск мы вошли днем, в ветер, и увидели следующее. Около низенького дома стояли человек двенадцать стариков, выстроившихся в две шеренги под аркой. Огромное внимание и напряженные лица поразили нас; старики готовились к какому-то необычайному моменту, затаив дыхание, следя за старшим. И вот, когда первый автомобиль наш поравнялся с толпой зрителей, старший махнул рукой, шеренга подняла вдруг винтовки и выстрелила в воздух, небо над городом загремело… И тотчас же сбоку заиграл небольшой оркестр… Начался митинг… Мы не трогали даже пыль на наших лицах, и грязь падала с комбинезонов. Широкий город, положенный среди степи, продолжал бежать под нашими ногами, как детские сны. Мы шли по улицам, и улицы бежали, низкие деревянные дома бежали вдаль, плыли мимо лиц необыкновенные старики с ружьями, хотелось прислониться к дереву, но деревьев не было. «В этом городе негде было бы даже повеситься», – сказал один водитель. Так мы шли и ехали через город, и впереди гордо шла шеренга с винтовками. Потом шеренга покрылась туманом и вдруг исчезла»… Может быть, эти старики пришли из степи, из расстроенного воображения, мираж и сон?
Интересно сопоставить те улицы, по которым прошел автокараван, с сегодняшними. «Выехав на главную улицу, мы увидели сыпучие пески. Это были первые барханы, встреченные нами в пробеге. Машина прошла полквартала и завязла. Мы соскочили и стали ее подталкивать. Она не шла. Наконец нашелся кусок доски, который мы бросили под колесо, и автомобиль двинулся. Но, пройдя сажень, он снова завяз. На помощь нам бросились прохожие. Некоторые из них шли с работы, другие шли смотреть колонну, третьи просто вышли на улицу; город был возбужден, колонну ждали уже полторы недели и два месяца готовились к ее приходу. …Клуб чистился, женщины шили новые платья. Для сегодняшнего вечера, оказывается, были скуплены все цветы в Актюбинске».
И вот, наконец, банкет. «В клубе ревел духовой оркестр, и зал наполнялся людьми. За столами собирался весь городской партактив, делегаты профсоюзов, красные партизаны. Я вошел в зал. Там все уже было готово к торжественному моменту. Ряды бутылок стояли, как войска перед сражением. На нашем конце стола сидели в ряд партизаны… Банкет начался, и шум заколыхался в зале».
Результаты
Два небольших тетрадных листа не зафиксировали убийственную жару на трассе, доходившую до 75 градусов. Жажду, от которой распухал язык и слюна сгущалась до такой степени, что вытолкнуть ее изо рта невозможно. Все напряжение пробега окупили его результаты. Пустыня Каракумы была пройдена за шесть с половиной дней вместо 13. На свет появилась знаменитая работяга – полуторка (ГАЗ АА). Были опробованы отечественные шины – сверхбаллоны, показавшие высокую проходимость. Машины, обутые в них, шли по пустыне, как по асфальту. Увеличение объема шины позволило снизить давление внутри и улучшить ходовые качества техники. С тех пор советские автомобили отличались шинами увеличенного профиля.
В 1932 году Сергею Лебедеву удалось синтезировать искусственный каучук из нефти и картофельного спирта. Пробег показал безупречное качество отечественной резины. В задачу экспедиции входило изыскание трассы, соединяющей хлопководческие районы Средней Азии с крупным портом на восточном Каспии – Красноводском. Этот путь был найден. Перечислить все, чего добились участники пробега, не хватит объема статьи. И нет такой цели. Два тетрадных листочка побудили открыть великие страницы великих дел, частью которых был маленький степной город.
Архивные документы листала Марина ЗАЙЧЕНКО