В июле 2023 года на «Чита.Ру» с инженером-физиком из Подмосковья Андреем Ожаровским, который побывал в городе Краснокаменске Забайкальского края и нашел следы радиационного загрязнения. Он рассказал о проблеме технического водоема Плотина, радиоактивной пыли на загородных дорогах, где на обочинах лежат красные фонящие камни, а также о куске урановой руды, найденном на открытой неохраняемой местности. Во время подготовки материала с Ожаровским мы направили вопросы по поднятым им темам в адрес градообразующего Приаргунского производственного горно-химического объединения (ППГХО). Ответы пресс-службы предприятия, которое является дочерним акционерным обществом уранового холдинга «АРМЗ» (входит в госкорпорацию «Росатом»), публикуем отдельным текстом с некоторыми ремарками и погружением читателя в контекст происходящего.

Прежде всего мы спросили ППГХО, насколько может быть полезно для предприятия атомной промышленности взаимодействие с общественниками, ратующими за экологическую безопасность в тех местах, где существует производство, неизбежно связанное с темой радиации.

Тут необходимо отметить, что Андрей Ожаровский называет себя инженером-физиком, а не профессиональным физиком-ядерщиком и действительно работает учителем в поселковой школе в Подмосковье. При этом имеет профильное образование — окончил Московский инженерно-физический институт (МИФИ), а также имеет навыки полевых измерений связанных с радиацией величин. Общественная организация «Программа "Безопасность радиоактивных отходов"», от имени которой, кстати, также был направлен запрос в адрес ППГХО, действительно не зарегистрирована в Минюсте РФ, действует без образования юридического лица, поскольку финансово-хозяйственной деятельности не ведет.

— На самом деле не так важно, от чьего имени я действую, приезжая в тот или иной город, как гражданин или как представитель организации, если деятельность моя представляет общественно значимый интерес. К тому же никаких специальных навыков по пользованию дозиметрическим оборудованием, имеющимся в свободной продаже, не требуется. Приборы продаются всем и применяются по схеме «включил и работай» (Plug and Play). Здесь я выполняю функцию человека, который чуть больше понимает в работе приборов и обладает чуть большим приборным парком, — объяснял Ожаровский.

В беседе он остановился и на оборудовании, которое использует для измерений. Например, это прибор МКС-15Д «Снегирь». в государственный реестр средств измерений. Номер в госреестре: 46805–11. Именно с помощью этого прибора Андрей Ожаровский измерял попадавшиеся у него на пути камни, радиоактивный фон которых, согласно выводам физика, был завышен. Причем процесс документировал на видео, а также сохранял данные через специальное приложение на смартфоне. По словам общественника, ни один существующий прибор не может гарантировать 100-процентной точности измерений, но показателям приборов, внесенных в госреестр, всё же можно верить.

Следующий вопрос редакции как раз и касался выводов Андрея Ожаровского о повышенном радиационном фоне на дорогах в пригороде Краснокаменска, по которым курсируют БЕЛАЗы, о красных камнях на обочинах, фон которых еще выше (согласно выводам физика), о пыли на этих дорогах, которая может попадать в легкие водителей и сотрудников предприятия, добирающихся до работы. Именно в пригороде, потому что в самом городе физик никаких превышений фона не обнаружил. Лишь пару камней на детской площадке, но и они не фонили выше нормы, хоть и находкой заинтересовалась местная прокуратура.

В ППГХО акцентировали внимание на том, что действительные данные об уровне радиации на промплощадке ППГХО в режиме реального времени отображаются на электронном табло в центре города. Например, 21 июля это было 13 микрорентген в час, что значительно ниже нормы. На промплощадки, кстати, Ожаровский, как уверяет, не ходил — он принципиально не посещает те места, где предприятие ведет свою непосредственную деятельность: огороженные или закрытые территории с предупреждающими знаками. Исследует только ту местность, которая доступна любому местному жителю или приезжему гостю.

Там добавили, что предприятие борется и с естественным пылением на технологических дорогах при перевозке рудной массы БЕЛАЗами и персонала, который по этим дорогам возят автобусы. Проезжую часть там поливают водой по графику в течение всего дня.

Следует напомнить, что физик Андрей Ожаровский окончательно решил ехать в Краснокаменск, когда прочитал , куда долгое время удалялись радиоактивные отходы предприятия — в жидком виде по трубе. Изучая вопрос, он узнал и о водоеме Плотина, куда сегодня, по словам местных жителей, также сбрасывается некая вода, что уже привело к замору рыбы. Ожаровский предположил, что речь идет о шахтных водах, которые выкачивают с рудника — объекта, на который ППГХО возлагает большие надежды, связанные с дальнейшей добычей урана. Мы спросили, что же за потоки воды сегодня идут в водоем, где горожане по-прежнему пытаются ловить рыбу.

Одной из находок Андрея Ожаровского во время визита в Краснокаменск стал камень с наростом недалеко от некогда расселенного поселка Октябрьского. Приборы на нем показали 246 микрозиверт в час ( микрорентген), что, по мнению физика, может свидетельствовать о том, что он нашел урановую руду, лежащую на открытой местности. Именно на открытой, ведь никакого ограждения, ни маркировки, ни знаков, ни шильдика, ни табличек в этом месте обнаружено не было.

— Неясен статус хранилища этих радиоактивных камней или ценного сырья. На видео я показал, как реагирует прибор. Мы проводили измерение почти вплотную, на расстоянии пары сантиметров. Я допускаю, что на расстоянии 10 сантиметров, а еще лучше метр или 10 метров, конечно, мощность дозы будет другая, — объяснял Ожаровский.

В пресс-службе ППГХО с выводами физика не согласились, сообщив, что в том месте, где Ожаровский сделал шокировавшую его находку, нет радиоактивных отходов, а лежащие там камни — это действительно руда.

По данным «Чита.Ру», найденный Ожаровским камень действительно измеряли в присутствии сотрудников предприятия и очевидца из числа местных жителей. Последнему, к слову, показания приборов показывать не стали. А породу затем увезли, предположительно, для переработки на ГМЗ.

Также мы спросили у ППГХО, почему отвалы вскрышных пород, которые в пригородах Краснокаменска можно встретить то тут, то там, не признаны предприятием радиоактивными отходами?

Остается добавить, что в прокуратуре Краснокаменска, которую посетил Андрей Ожаровский после того, как информация о его находках стала публичной, он подробно описал способы измерения, предоставил протокол и информацию о приборах, озвучил свои выводы.

— Замеры мною проводились в общественных интересах, это не является запрещенным видом деятельности. Любой гражданин, имеющий соответствующие приборы, может измерять параметры окружающей среды: температуру, влажность, давление, мощность дозы гамма-излучения. Это важно делать там, где живешь. Соглашаться с выводами или нет — это уже дело предприятия. Я же озвучиваю то, что вижу на приборах, — резюмировал Ожаровский.