, , а также .
В Читу приехал не настоящий состав «Ласкового мая», а дублеры. из детдомовцев, которые пели под фонограмму голосом Юры Шатунова. Однако сам Разин в Читу приехал. Для него Чита была городом, в котором он недавно жил: в 1984–1985 годах он успел поработать ассистентом режиссера на читинском телевидении и администратором в забайкальской филармонии.
Участник драки, собственный корреспондент «Комсомольской правды» в Читинской области Борис Вишневский после всех событий так описал предысторию концерта в интервью газете «Марийская правда»:
«При Читинском горкоме комсомола создано хозрасчетное молодежное объединение "Инициатива". Подобные сейчас всюду начинают искать средства, чтобы иметь возможность развернуть работу среди молодежи. Ну а самый быстрый способ сколотить капитал, как они считали, — пригласить популярный коллектив или исполнителя и заработать. Представители «Инициативы» разыскали Андрея Разина и заключили с ним договор. <...> Короче говоря, составили филькину грамоту, без печатей, что "Ласковый май" даст в Чите концерты на стадионе. А когда собрались тысячи людей, пришедших слушать старую фонограмму, начался торг. Разинцы потребовали 80 тысяч и машину "Жигули" на имя руководителя "Ласкового мая". Толкали наших ребят на незаконную сделку и откровенно шантажировали, рассчитывая, что тем деваться некуда. За спиной у них — орущий и беснующийся стадион».
Машину и дополнительных денег «Ласковому маю» не дали, поэтому группа развернулась и поехала в аэропорт. По мнению Вишневского, там их заранее ждали 13 билетов, хотя это был сезон отпусков и из Читы было невозможно вылететь.
До отъезда ансамбля в аэропорт их удалось поймать читинскому фотокорреспонденту Евгению Епанчинцеву, за что он поплатился. Сначала фотограф приехал на стадион ЗабВО, поснимал там зрителей. Когда же узнал, что артисты улетают, помчался в гостиницу «Забайкалье». Он застал Разина и группу в фойе, успел сделать несколько кадров, прежде чем на него набросились охранники, отобрали фотоаппарат и засветили пленку. Вероятно, они боялись появления в прессе фото «замены». Все фотографии зрителей тут же пропали.
Епанчинцев позвонил Вишневскому, вместе они поехали в аэропорт догонять обидчиков. В аэропорту они попросили милиционеров пропустить их к коллективу, который уже прошел досмотр и стоял в накопителе вместе с другими пассажирами. Два милиционера проводили представителей СМИ внутрь, те по пути договорились, что Евгений будет сразу фотографировать, ни у кого не спрашивая разрешения.
Как вспоминает Евгений Епанчинцев, Вишневский подошел к Разину и попытался выяснить, почему отменен концерт. Тот вместо ответа дал команду охранникам, которых было то ли четверо, то ли шестеро, отобрать фотоаппарат.
«Я беру милиционеров, одного ставлю перед собой, а другого — за собой. В этот момент вижу, что Борис уже лежит или сидит на полу, его с ног сбили», — рассказывает Епанчинцев.
Вишневский вспоминал произошедшее так: «Они на него бросились. Милиционеры защищают, а они тех бьют и истерически кричат: «Детдомовских бьют менты», «Сирот убивают!» Рвут на себе майки и провоцируют толпу на вмешательство. А там собралось человек 400 с двух рейсов. Люди ничего понять не могут, а слышат, что сирот обижают, и готовы ринуться в бой. Я стал объяснять, в чем дело, но мне не дали договорить...»
В это время пришла подмога — еще несколько милиционеров с резиновыми дубинками. Охранники продолжали налетать на фотографа. Борис сказал коллеге вытащить из фотоаппарата пленку, положить милиционеру в карман и убегать. Он так и сделал.
«Бегу. Народ кругом, оббегаю всех. Смотрю, а один за мной гонится. За ним уже милиционер бежит. Я к дверям подбегаю. Они были тогда зеленые деревянные, на замке захлопывающемся. Вижу, как на меня кулак заносится. Дверь открываю, а она не открывается. Кручу ее, как в каком-то мультфильме. Это всё произошло за мгновение, но казалось, что долго», — вспоминает фотограф.
Когда дверь наконец открылась, Евгений успел увидеть, что милиционер дубинкой ударил охранника. Выскочил и закрыл за собой дверь. Задеть его в драке не успели, но вот очки сломали.
После драки музыкантов посадили в самолет и отправили домой. Вишневский вспоминал, что уходя, Разин оглянулся и сказал зло: «Ты, парень, не будешь жить. У нас везде свои люди».
Известно, что музыкальный коллектив снимал побои и подавал жалобу. А читинская прокуратура возбуждала против них уголовное дело. Чем кончилось и первое, и второе — неизвестно.